Время многое меняет в нашей жизни, но оно не в состоянии стереть из памяти священную дату – 9 Мая 1945 года. Семьдесят пять победных вёсен минуло с той поры, однако каждый раз этот праздник приходит к нам «... радостью со слезами на глазах». Война коснулась каждой семьи, оставила шрамы в душах и судьбах миллионов людей. Ценой жизни, горя, страданий и безмерных лишений наши отцы и деды отстояли свободу и независимость Родины, обеспечили мир, покой и благополучие последующих поколений.

Сотрудники Витебского государственного технологического университета Демиденок Н. И., Красовская В. А., Марченко Я. Ф.,
Матюшевская Н. М., Нестерова А. Ф.,
находящиеся в настоящее время на заслуженном отдыхе, пережили ужасы нацистской неволи. Им довелось оказаться за колючей проволокой в младенческом возрасте, когда еще не может прийти шокирующее осознание всего ужаса своего положения. Дети войны выжили благодаря самоотверженности своих матерей. Наивысшим счастьем для них после обретения свободы было только одно – вернуться на Родину, даже в том случае, если от дома осталось лишь пепелище.

 

Сколько риска и самоотверженности проявила наша мама, чтобы мы выжили!

Демиденок Нина Ивановна

Когда началась война, мой отец в первый же день был мобилизован в действующую армию. Мать осталась одна с двумя детьми 10 и 5 лет. В ноябре 1941 года родилась я. Восхищаюсь тем, сколько риска и самоотверженности проявила наша мама, чтобы выжить, не дать погибнуть нам, детям, и своим родителям в оккупированном Полоцке!

Ранней весной 1944-го начался массовый насильственный угон в Германию сначала молодежи, а потом и всех подряд. Наша семья не стала исключением. Везли нас в набитых битком грузовых вагонах-телятниках. Путь был долгим… Ноги постоянно отекали, так как некуда было их выпрямить. Кормили баландой. Хорошо, что с собой было немного сухарей.

Пройдя ряд унизительных санпропускников, мы попали на биржу труда в районе г. Бершаем у голландской границы, где хозяева выбирали себе рабочих. В нашей семье было мало рабочих рук, поэтому мы долго находились в ожидании. В это время мы с сестрой болели корью. Нас совсем не лечили и почти не кормили.

В итоге мы попали к помещику из села Обараузен. Там под наблюдением управляющего в желтых куртках с номерами мама, сестра и дед работали на сельхозработах по 12 часов в день. Это продолжалось ровно год…

Какая же была радость, когда мы увидели американские танки! 9 марта 1945 года нас освободили войска США. Великую Победу мы встретили в Бельгии в американском проверочном лагере. И оттуда 30 июня 1945 года отправились на Родину.

В Полоцке дома нашего не было. Несколько суток мы ночевали под открытым небом, пока мама не нашла бывшее овощехранилище под землей, в котором мы дождались возвращения отца!

 

Мать была так счастлива, что мы живы!

Красовская Вера Антоновна

В феврале 1944 года, когда мне было всего полгода, всю мою семью из Витебска вывезли в Германию. Ехали в товарных вагонах в лагерь принудительного содержания № 200 города Барт. Убежать, конечно, было невозможно, так как лагерь был обнесён колючей проволокой. За попытку к бегству сразу расстреливали.

Спали там на нарах. Очень сильно голодали. Мама просила, чтобы нам с сестрой положили в суп, который готовили из брюквы и турнепса, хотя бы картошку. Хлеб делали из мякины, но есть его было невозможно. Иногда к колючей проволоке немецкие жители сыпали очень мелкую картошку, которую даже животным не давали. Травы возле проволоки вообще не было, так как её всю съедали.

2 мая 1945 года нас освободили американские войска, а 22 сентября мы смогли вернуться в Витебск. Дома в городе уже не было, он сгорел. Четыре года жили в бане нашей знакомой. Мать, отец и мы с сестрой Любой спали на нарах. В 1947 и 1948 гг. еще родились братья Михаил и Николай, а в 1950 г. – сестра Нина.

Рядом с нашим новым жильем на уровне земли стоял колодец без сруба. Однажды, когда мы играли возле него, сестра поскользнулась и упала в колодец. Я смогла вытащить её за руку. Мы были очень мокрые и сильно испуганные, боялись идти домой. Когда мать увидела нас, она была так счастлива, что мы живы!

 

Каждую минуту жизнь была под угрозой!

Марченко Яков Филиппович

Жили мы в Витебске на улице 8-ая Бебеля около железной дороги. Отец был железнодорожником, мать – домохозяйкой. В семье было четверо детей.

О том, что началась война, четырёхлетний я услышал по черному ящику – радио, который стоял на кухне. Отчетливо помню, как внимательно вслушивались в слова диктора мать и отец…

В память врезался момент, когда я мог погибнуть. Около нашего дома проходила линия немецкой связи. С мальчишками решили поиграть в телефон и отрезали полметра провода, тем самым нарушив немецкую связь. Мы чудом остались в живых.

Однажды во время очередной бомбежки снаряд попал в эшелон с боеприпасами, который наши солдаты не успели вывезти, и начался пожар. Всё, что находилось рядом, сгорело, включая наш дом.

Потом мы жили в землянке. Как-то мать затопила печку, а немцы заметили дымок, который шёл из-под земли, пришли и увели всех на станцию. Нас повезли в Германию.

По дороге эшелон останавливался на сортировочных пунктах, откуда везли дальше только здоровых.

В Германии жили в промышленном городе Людвигсгафен. Там взрослые, обутые в деревянные колодки, работали на заводе, а дети тем временем сидели в лагере. Днем летали американские истребители, а ночью –  бомбежки. Каждую минуту жизнь была под угрозой!

Когда немцы стали понимать, что они проигрывают войну, решили детей оставить в лагере, а взрослых отпустить. Гнали их к Рейну. У реки немцы, сняв с себя погоны, кричали: «Идите, куда хотите!»

В 1945 году мы с семьёй смогли вернуться в родной Витебск. Был страшный голод. Не забуду, как в железнодорожном парке сгорел эшелон, перевозивший лошадей, и я вместе с братом ходил отскребать обгоревшие куски мяса. К этому поезду допускали только детей.

 

Моей семье повезло: остались живы все!

Матюшевская Надежда Михайловна

Семья у нас была большая: отец, мать, четверо детей и две бабушки. Как началась война, отца сразу забра­ли на фронт.

В 42-м году всех жителей улицы, на которой мы жили в Витебске, погрузили в вагоны и отправили в Германию. Мне тогда было три года.

В Германии держали всех в бараках. Каждое утро нас выгоняли во двор и пересчитывали, а затем мать уходи­ла копать окопы. В концлагере мы пробыли три года. Перед освобождением лагеря советскими войсками немцы начали сжи­гать людей в крематории. Но моей семье повезло: остались живы все!

Страшным потрясением было, когда во время освобождения двое старших детей потерялись. Но судьба сложилась так, что вскоре все мы снова были вместе.

В сорок пятом вернулись домой, хотя дома как такового и не было. Во время войны в нем была немецкая конюшня. Приходилось всё начинать сначала. Отец погиб на фронте. Все тяготы легли на плечи матери и двух бабушек.

 

Одно было желание: убежать и выжить!

Нестерова Алина Фёдоровна

Родилась я в августе 1938 года в деревне Папоротно Витебского района. Это рядом с деревней Пунище, где жила семья Шмырёва Миная Филипповича. Я дружила с детьми Шмырёва, часто бывала у них в гостях. Помню, как уго­щали меня супом, сладостями.

В этой местности мы жили до прихода в сорок третьем году немцев, которые расстреляли половину деревни. Батька Минай, как называли Миная Филипповича в годы ВОв, организовал партизанский отряд, в который ушли почти все деревенские жители. Мать была связисткой, и я ночью вместе с ней носила к реке Усвяча хлеб для партизан.

Фашисты расстреливали парти­занские семьи. Семью Шмырёва казнили полнос­тью: четырёх детей, его сестру и мать жены. Было очень страшно. Расстреливали у всех на глазах, чтобы это отложилось в памяти и люди боялись.

Все деревни были сожжены. Нашу семью, а также одиноких и инвалидов собирались вывезти в Германию, но произошла поломка транспорта, поэтому километров десять гнали колонну пешком.

Первый лагерь был в Лужесно. Когда его сожгли, все разбежались. В городе нас поймали, затолкали в машину и отвезли в другой лагерь, расположенный на территории «Пятого полка». Мать там ходила на работу. Прожили в этом лагере около 10 месяцев. Все терпели… Одно было желание: убежать и выжить! Потом этот лагерь взорвали, очень многие погибли, а кто-то успел спастись бегством.

Мы сбежали под Городок в деревню Яроненки, где был пустой дом со скотным двором. В нём жили 4 семьи. От голода просто умирали.

В 1944 году, когда дорога уже была разминирована, поехали с солдатами в родную деревню. Дорога была устлана бревнами, по которым шли немецкие танки. Из этих бревен построили бункера, сделали в них печки и так жили. Когда в хозяйстве появилась корова, стало немного легче. В 1945-м стали уже строить дома, многие жители деревни вернулись в свой родной край.

 

Победа, добытая в жесточайших испытаниях, подарила нам счастье жить на этой земле, верить, мечтать, радоваться успехам и достижениям. С исторической весны 45-го года мы все несем в себе генетический код: мы – потомки победителей! И это чувство гордости за героическое прошлое нашей страны, за поколение, не дрогнувшее в смертельной схватке с врагом, придает нам новые силы, вдохновляет на труд, не позволяет забыть то, что забывать нельзя…

Вновь и вновь мы склоняем головы перед жертвами нацизма, восхищаемся духовной стойкостью соотечественников, на долю которых выпали нечеловеческие страдания.

С праздником! C Днем нашей Великой Победы!